Павел Александрович Спасский (15.04.1859-06.03.1920) - вятский земский врач.

Родился в г. Вятке 15 (27) апреля 1859 года в семье чиновника Александра Яковлевича Спасского, служившего в Вятской казённой палате.

Всего в семье Спасских было семь сыновей и три дочери, Павел Александрович был шестым сыном. Его старший брат Валериан Александрович тоже работал земским врачом в с. Сернур Уржумского уезда. Четвёртый из старших братьев Ираклий – доктор медицины, тоже окончил Петербургскую медико-хирургическую академию, с 1885 по 1911 гг. работал в Воткинском заводском госпитале, с 1914 года жил и работал в Вятке, специализировался по туберкулёзу.

Друзьями детства и юности Павла Александровича в Вятке, по собственным его записям, были Н.Н. Хохряков (в будущем художник-пейзажист), А. А. Спицын – впоследствии археолог, а также Аполлинарий Михайлович Васнецов.

В выборе жизненного пути Павел Александрович пошёл по стопам старших братьев. Окончив в 1877 году Вятскую гимназию, поступил в Московский университет на медицинский факультет, окончил курс его в мае 1882 года.

С октября 1882 года по май 1883 года работал врачом в Ижевском заводе Вятской губернии, с мая 1883 г. до августа 1887 г. - в Вятском уезде земским врачом, с августа 1887 г. – врач Красного Креста в Малмыже.

22 декабря 1888 года молодой врач Павел Александрович Спасский поступил на службу в Уржумское земство. К моменту приезда П.А. Спасского в Уржум в уезде было четыре медицинских участка: в городской больнице работал Д.К. Блинов, в Сернуре – А.В. Тукмачёв, в Лаже – В.А. Шкляев, в Шурме – А.И. Сперанский. Уездным врачом был Николай Алексеевич Львов, а студент Казанского университета Н.В. Чемоданов временно исполнял должность городового врача.

Земскому врачу в 1880–1890 гг. приходилось быть не только терапевтом и детским врачом, но и хирургом. В связи с этим Павел Александрович в 1889 году поставил перед земским собранием вопрос об устройстве особого операционного отделения при Уржумской городской больнице.

Когда Павел Александрович приехал в Уржум, у него было уже четверо детей – Вера, Надежда, Владислав и Ольга. Первую квартиру он снимал на Казанской улице в доме Лопатина (ныне ул. Кирова, д. 126). Здесь у него родились ещё четверо детей – Борис, Владимир, Вадим (рано умер), Юрий. Около 1901 года Спасские переехали на Воскресенскую улицу в дом Матвеева (ныне ул. Советская, д. 38 – медицинское училище), снимали квартиру на первом этаже. Здесь в 1903 году семью постигло горе – 28 мая умерла жена Павла Александровича, Анна Васильевна, ей было всего сорок лет. Старшей дочери в то время было 20 лет, младшему сыну – два года. В эти тяжёлые годы старшие дочери Вера и Надежда, окончив Казанскую гимназию, работали в Уржумской женской гимназии "классными дамами", то есть воспитательницами, Ольга и мальчики учились в Казани.

После смерти Анны Васильевны семья Спасских переехала из дома Матвеева в дом Перевощикова на углу Казанской и Буйской улиц (ныне ул. Красная, д. 94). Чтобы помочь Павлу Александровичу, в Уржум приехала сестра Анны Васильевны – Рахиль Васильевна Багрянская (1861–1915), которая и взяла на себя заботы о детях и по хозяйству. Одно время, в 1913–1915 гг., Рахиль Васильевна была заведующей бесплатной земской библиотекой, которая помещалась на углу Казанской и Буйской улиц (ныне здесь стоит на углу Красной и Чернышевской улиц новый дом, построенный около 1962 г.).

В 1904–1907 гг. было построено здание инфекционного корпуса больницы, в ходатайстве о строительстве которого Павел Александрович принимал деятельное участие.

В 1907 году у Павла Александровича обнаружился туберкулёз легких, он ездил укреплять здоровье в Уфимскую губернию на кумыс. По совету врачей, П.А. просил у земского собрания в 1907 г. годичный отпуск, чтобы окончательно поправиться и иметь возможность продолжить земскую службу. Земское собрание разрешило это с условием приглашения временного врача за счёт содержания Спасского, а Павлу Александровичу выдать единовременное пособие 600 руб. за год. Оклад врача в год составлял 1500 руб. и 400 руб. квартирных.

В 1909 году в Уржум приехал хирург В. С. Самборский, освободивший Павла Александровича от забот по хирургической части.

Павел Александрович, помимо основной работы, также состоял в попечительском совете местной гимназии, а в 1914 году он организовал проведение Дня сбора средств для борьбы с туберкулёзом.

В 1909–1913 гг. Павел Александрович, несмотря на нездоровье, продолжал интенсивно работать, подлечиваясь иногда в санаториях. Так, в 1912 г. он был в санатории Халлила в Финляндии (ныне Карельский перешеек, санаторий Сосновый Бор), а в 1913 г. не воспользовался положенным отпуском.

Летом 1913 года в Уржум приезжали те дети Спасского с семьями, кто не жил постоянно в Уржуме. Называлось это лето "съезд". Вся молодая компания, в которой было девять человек молодых Спасских и семь детей-внуков, их друзья с другими взрослыми ездили в лес на дачу Бердинских, катались на лодках, фотографировались. 12 июля отметили именины главы семьи.

1914 год стал для Павла Александровича критическим. В марте у него случился паралич правой половины тела, и он просил уездную земскую управу о месячном отпуске, а потом об отпуске до августа. Уездная земская управа согласилась на это, "принимая во внимание безупречную и долгосрочную службу в Уржумском земстве". Гласный земства врач Н. В. Чемоданов сказал, что отсутствие врача создаёт незавидное положение для населения, но, "с другой стороны, положение врача Павла Александровича тяжкое и горестное, и нельзя не признать необходимости удовлетворения просьбы об отпуске и перенести на обсуждение очередного собрания вопрос о материальной помощи П. А. Спасскому в той или иной форме за его многолетнюю полезную деятельность." Пенсия ему была определена в 900 руб. в год. На место Павла Александровича в Уржум приехал врач из Лажа Георгий Алексеевич Скалепов.

Оправившись после болезни (после паралича не осталось никаких последствий), Павел Александрович продолжал врачебную деятельность в качестве вольнопрактикующего врача. Авторитет его был очень высок, "доктора Спасского" призывали в самых тяжёлых случаях, консультировал он и в больнице. Труженик, скромный человек, он одно время занимался даже лечением зубов, имея на дому зубоврачебное кресло.

В 1915 году ещё одно несчастье постигло его – умерла Рахиль Васильевна, сестра жены, помогавшая ему в хозяйственных делах и в воспитании сына Юрия, учившегося тогда в реальном училище. Старшие дети все уже работали, кроме сына Владимира, который в 1916 году заканчивал Казанский институт. Внуков было уже десять человек. Его дочь Вера Павловна заменила уехавшего городского врача Н.В. Чемоданова и стала вести амбулаторный приём горожан.

Во время гражданской войны дом Перевозчикова заняли военные и попросили освободить квартиру, разрешив взять с собой минимум мебели. Часть вещей осталась в квартире – ломберные столики, трюмо, стулья и другое. Спасские переехали на окраину города, в небольшой дом Чулкиных на Казанской улице (ныне ул. Красная, д. 26). С Павлом Александровичем жили тогда Владислав и Вера с детьми.

В трудный 1919 год здоровье его ухудшилось, обострился туберкулёз легких.

В конце февраля 1920 года Павел Александрович простудился, заболел воспалением лёгких и 6 марта в возрасте 60 лет скончался. Похоронили его на уржумском кладбище между женой и братом Валерианом.

П.А. Спасский, по воспоминаниям современников, исключительно честно и добросовестно относился к своим обязанностям: хотя был строг и требователен, пользовался авторитетом как прекрасный диагност и внимательный лечащий врач, население верило ему. При нём больница блистала чистотой, в его бытность больничный сад имел цветники и кустарники.

В 1970 году учительница Антонина Павловна Ситникова оставила следующие воспоминания-легенду о "докторе Спасском":

"В деревне Берсенихе лежала одинокая больная женщина. Вдруг открывается дверь и входит доктор Спасский. Он осмотрел её, прописал лекарства. Женщина удивилась, как он узнал о том, что она больна и лежит одна. Спасский показал на фотографию на стене и ответил: вот эта женщина приходила ко мне и просила прийти к тебе и помочь, я и пришёл. А фотография на стене была умершей матери этой женщины. Больная потом поправилась."

Некоторую характеристику настроений и взглядов Павла Александровича даёт статья его современника Ф.Полякова "Задал жару", опубликованная в районной газете "Кировская искра". Поляков рассказывает о том, что около 50 лет назад (в 1906–1908 гг.) после отбытия тюремного заключения он и его товарищи вернулись в Уржум, но должны были отбыть ещё трёхмесячное заключение, во время которого их перестали водить в баню, у них заболели глаза, и полицейские вынуждены были отвести их в больницу: "Сегодня мы сводим вас к доктору Спасскому, он вам задаст жару!" Доктор уездной больницы Спасский славился строгостью:

"Нервный, он частенько кричал на провинившихся в чём-нибудь больничных работников, доставалось, бывало, и больным. Увидя трёх человек, вошедших под охраной полицейского в его кабинет, доктор Спасский понял, что мы арестанты, и безмолвно указал нам рукой на диван, а затем, обращаясь к полицейскому, вдруг загремел на всю больницу: – Вон! Полицейский опешил и сделал было попытку что-то сказать, но доктор, сверкая глазами, закричал: – Марш! Полицейский сразу сник и, прижимая к боку свою саблю, как побитый пёс, выскочил за дверь. Мы были потрясены, видя, как посрамлён чванливый наш страж. Перед нами стоял величавый, с благородной осанкой и сверкающими глазами доктор Спасский. Мы изумлённо смотрели на него, откуда у него такая неприязнь к полицейскому? Не рискует ли он, посягая на охрану арестантов? Между тем доктор Спасский с видимым интересом смотрел на нас. Перед ним были деревенские парни 18–20 лет, не похожие ни на воров, ни на хулиганов. Спросив наши фамилии, он удивился тому, что мы все Поляковы. – Что же вы из одной деревни, что ли? – Из одного села… Лопьяла… Доктор Спасский предстал перед нами совсем не таким, каким его рисовали некоторые и каким его ошибочно понимала сама полиция. В нас он видел не арестантов, а больных, обратившихся к нему за помощью. – За что же арестованы? – спрашивал он. – А про то начальство знает. – Как начальство? Однако же! – Морщины на лице доктора сгладились, и он окинул нас тёплым отеческим взглядом умных глаз. – В казённых бумагах, – сказал один из нас, – записано: за демонстративное шествие по селу Лопьялу вечером в последний день масленицы с красными фонарями и революционными песнями. В глазах доктора, внимательно рассматривающих нас, было тёплое сочувствие… После осмотра доктор выдал нам лекарство и написал пакет в полицейское управление, а когда полицейский вёл нас обратно, мы громко говорили: – Ну и задал жару! – Молчать! – орал полицейский. На другой день нас водили в баню, а в нашей камере была чистка и мытьё полов, чего, возможно, не делалось в течение десятилетий."

Круг знакомств семьи Павла Александровича известен нам по фотографиям и воспоминаниям современников. Это местная интеллигенция и прежде всего врачи А.И. Сперанский и Александр Владимирович Бодров – как и Павел Александрович, выпускники медицинского факультета Московского университета. Они работали также в Уржумском уезде, Сперанский с 1884 г. – в сёлах Сернуре и Шурме, Бодров – с 1890 г. в Новом Тарьяле. При приездах в Уржум для консультаций и совещаний они встречались у Спасских, были друг с другом на "ты". Хорошим знакомым семьи Спасских был также более молодой врач Владимир Александрович Селенкин, с 1893 г. служивший в Нартасе.

В круг знакомств П.А. Спасского также входили и политические ссыльные, бывавшие у них дома – это Порфирий Демьянович Андреев, Пётр Павлович Брюханов, готовивший Бориса к экзаменам для поступления в Казанскую гимназию, поэт П.П. Второв и другие. В дружбе с Павлом Александровичем был врач П.П. Маслаковец, также отбывавший в Уржуме политическую ссылку.

В 1904 году в Уржум приехал Иван Степанович Деренков, назначенный инспектором народных училищ. Большой любитель музыки, талантливый педагог, Иван Степанович много сделал в Уржуме для пропаганды музыкального искусства, около него стали группироваться любители инструментальной музыки и пения. Вскоре Павел Александрович познакомился с Иваном Степановичем и его женой Еленой Александровной, стал бывать у них, дружба продолжалась до смерти Павла Александровича. В музыкальных вечерах у Деренкова принимал участие врач А.В. Бодров, приезжавший из Ново-Тарьяла. Он играл на виолончели. В доме у Спасских было пианино, Павел Александрович неплохо играл и обладал хорошим музыкальным слухом.

Была у Спасских небольшая библиотека, сохранилось несколько книг с автографом Павла Александровича – это сочинения М.Ю. Лермонтова, Л.Н. Толстого, литературные сборники и другие книги.

Источник:

• Герценка : Вятские записки : [научно-популярный альманах]. Вып. 4 / Киров. гос. универс. обл. науч. б-ка им. А. И. Герцена ; [редкол.: Н. П. Гурьянова (сост.) и др.]. – Киров, 2003. - 167 с. : ил.

Читайте также: больше о семье и потомках П.А. Спасского в Вятских записках Герценки